Повторение судьбы

«Я хочу быть счастливой» — говорят мне женщины.

А потом рассказывают, как сами себе наперекор делают всё,  чтобы счастливыми не быть.

Отказывают мужчинам, которых хотят. Бросают хороший парней, потому что «всё подозрительно слишком идеально». Отказываются от крепких, стабильных отношений, чувствуя, что «хочется приключений» или «это не тот, кто мне нужен». С одной стороны, здоровая чувствительность и интуиция вполне может привести женщину куда нужно. А с другой стороны, поди отличи здоровую чувствительность от нездоровой жажды приключений. В итоге, эти девушки находят себе женатых, или недоступных, или вообще выбирают карьеру, или впадают в созависимости, а потом, после «я хочу быть счастливой» наступает этап «я не знаю, чего сама хочу».

И тогда начинаем копать.

И выясняется, что у клиентки перед глазами нет примера счастливой женщины. «Как это у твоей мамы?», — спрашиваю, — «как было в твоей семье, когда ты была маленькая?»…

И женщина рассказывает. Там могут быть разные декорации — богатство, бедность, достаток, дефицит… Но самое важное, это ключевой вопрос, «была ли твоя мама счастлива?»… И женщина отвечает, — наверное, нет.

Мамы этих потеряшек или тяжело работали, чтобы обеспечить детей, или жили с тираном — не важно, отчимом или отцом, тоже «ради детей», чтобы прокормить, а может из других соображений. Либо, опять же, пожертвовали всем, чтобы «поставить детей на ноги». Мамы девочек, не знающих чего хотят, всю жизнь делали то, что девочки могли оценить «когда вырастут». Мамы не строили свою жизнь, не были беззаботными хрупкими женщинами, и тосты каждый День Рождения звучали как «люби и будь любимой», не давая должного эффекта год за годом.

Мамы расчесывали волосы своим принцессам, и надеялись, «чтоб хоть дети были счастливы». Или наоборот, стремясь дать девочке всё, забывали говорить о самом важном. Или возлагали на девочку ряд обязанностей, местами мужских, потому что трудную судьбу проще пережить, если разделить надвое.

И вот, когда малышки подросли, даже со всеми благами, что им дали мамы, они как бы не имеют этого права на счастье.

То есть, всё хорошо, и вроде выйти бы замуж и жить бы долго, но что-то не даёт.

Окружающие говорят, что это шило где-то в заднем кармане джинсов. Мама говорит, что хочет внуков. Сама женщина говорит, что всё еще не знает, чего хочет. А многие даже начинают видеть закономерности — мама развелась, и я развожусь. Мама с алкоголиком жила, и я встречаю одних непутёвых. Мама терпела тиранию ради денег, а сейчас я живу на его территории, не потому что люблю, а потому что ограничена в средствах.
Мама со своим самопожертвованием заложила в девочке программу, по которой хочешь-не хочешь, а идёшь.

Вроде даже осуждала маму, местами. Иногда вслух, иногда молча. Но точно думала: «я так никогда-никогда не буду». Как вдруг…

Может быть, у мамы эта программа от бабушки, а у бабушки — от военных времен, и дальше, дальше — в глубину. Но суть не меняется — судьба начинает повторяться.

И кроме отсутствия перед глазами примера счастливой женщины, у повторения судьбы матери есть еще одна причина. СОЛИДАРНОСТЬ.

В глубине живёт идея, что на костях маминой жизни, положенной на то, чтобы вырастить дочку, построить счастье равноценно предательству.

Подсознание думает так: «если мама всю жизнь пахала, чтобы меня вытянуть, а я сейчас возьму и замуж выйду, и счастливо, то как же там мама… Одна…»

Многие женщины начинают мамам налаживать личную жизнь. Устанавливать им Тиндер на телефон, и учить ставить лайки пальцами, подверженными артриту. Мама психует, просит оставить её в покое. Ревматизм мешает ей думать, а дочка лишает себя права на счастье, когда мама так больна и одинока.

И дочка начинает носиться с мамой, вместо того, чтобы заняться своей жизнью.

Начинает маме «отдавать» за потраченные годы. И тратит свои.

Женщина пугается хороших, обстоятельных мужчин — что за неведома зверушка? Плюс, как же так, всё слишком хорошо, так быть не должно…

И судьба повторяется. А потом, если брак всё таки есть, невозможно быть одновременно счастливой и солидарной с несчастными — женщина сама всё портит. Детки рождаются. Дети не виноваты, детям надо дать всё… Всё повторяется еще в одном поколении.

Что делать?

Очевидно, где-то получать право на свою жизнь. На свою счастливую жизнь. Искоренять эту солидарность. Где угодно. В терапии. На расстановках. При прямом контакте с мамой — спросить, не против ли мама, чтобы вы, наконец, построили свою жизнь?
Маме ваша солидарность не нужна. Маму и пристраивать не нужно. Мама так жить сама выбрала. И по сей день у мамы есть право со своей жизнью делать что угодно. Кто виноват, что она выбирает болеть?

Как мать ребенка, я делаю вывод, что только если я сама буду счастлива, мой ребенок что-то будет понимать про счастье.

Для этого надо искоренять эти программы. Не осуждать и не говорить что «я так никогда не буду», а принимать, и позволить маме право на такой выбор. Безоценочно. Не «мама делай что хочешь» и не «твоя жизнь — полный швах», а проще — у тебя своя жизнь, у меня — своя. Ведь правда же! Один раз живём, почему бы не попробовать, какое оно, счастье…

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *